![Трасса](/themes/filmru_desk/img/okko/trassa-desktop.png)
Вадим Арапов. В 96-м году закончил операторский факультет ВГИКа, учился в мастерских В.И.Юсова и Л.И.Калашникова. За дипломный фильм «Бедный Юрик» в 99-м году получил приз «Святая Анна». Как режиссер работал на сериале «Директория смерти» («Русский проект» – по заказу РТР) и др.
-- Это ваша первая награда?
Вадим Арапов: Нет, на втором курсе с Женей Крыловым мы сняли фильм «Сон господина Экономиди», который на фестивале в Локарно, в конкурсе короткого метра «Леопарды завтрашнего дня» получил Специальный приз Нью-Йоркской Киноакадемии с возможностью трехнедельного обучения в Нью-Йорке. Но поскольку ехать было не на что, мы и не поехали. Хотя, конечно, эти три недели совсем не помешали бы. И еще за этот фильм мы получили второй приз «Святой Анны».
-- Здорово, второй курс и уже международной признание.
В.А.: Ну какое признание. Если бы это в чем-то помогло…Потом я работал в рекламном агентстве в разных качествах: и редактором, и сценаристом, и оператором, и режиссером – деньги зарабатывал. И когда что-то там заработал, «Бедного Юрика» снял. Монтировал я его на ВХС, а потом, уже по точкам переносил на Бетакам.
-- Вообще, такой экономичный способ монтажа практикуется?
В.А.: К сожалению, нет, народ по-прежнему предпочитает тратить деньги. Но лично меня проза жизни приучила делать кино на весьма скромные средства. 27-минутный, игровой, исторический, со съемками в Саратове фильм «Сон господина Экономиди» обошелся нам в 300 долларов, вместе с копией. Точнее, 40 долларов нам дал швейцарский представитель, чтобы мы напечатали копию для Локарно. Значит, всего 260 долларов. Правда, это было в далеком 93-м, когда рубль ничего не стоил.
-- Такое невиданно экономичное кинопроизводство?..
В.А.: Жизнь заставила. Я буквально перед этим семинаром закончил полнометражный фильм, который обошелся нам в 40 тысяч долларов.
-- Вы разработали какое-то невиданное доселе ноу-хау?
В.А.: Большого секрета здесь нет. Дело в том, что при определенной технологии и рациональной организации производства сейчас можно снимать и «собирать» фильмы очень быстро и недорого.
-- Это как же?
В.А.: Единственное изначальное условие – либо рядом с тобой единомышленники-профессионалы высокого класса, увлеченные твоими идеями и готовые получать за свою работу реальные в конкретных обстоятельствах гонорары, либо ты сам должен много чего уметь и быть готовым многое делать. Кстати сказать, на последней полнометражной картине, на которой я только что отработал, съемочная группа состояла из четырех-пяти человек. И для примера скажу, что на сериалах команда обычно как минимум в десять раз больше. А что касается сметы, то этот полнометражный фильм за 40 тысяч долларов стал возможен еще и потому, что я сам сконструировал свет. У меня было восемь приборов общей мощностью 1200 вт, которыми при необходимости я мог бы осветить 70 кв.метров. И обошлось это все в 500 долларов.
На полнометражную картину мне нужен настолько маленький бюджет, что никто не поверит, что я смогу на него снять что-то приличное. Но это так. Я убежден в возможности такой схемы технологического минимума, когда бюджет в пределах 150 тысяч долларов гарантирует технологически правильно сделанное кино, в котором соблюдены все параметры, отвечающие прокатным свойствам полноценной картины. Я могу доказать это кому угодно. Эту схему я опробовал не на одном уже своем фильме.
-- А вы пытались это кому-то доказывать?
В.А.: Пытался, слушают с интересом, но не более того, поскольку существует десятилетиями отработанная, традиционная точка зрения, что 100-150 тысяч – это для кино не деньги. А я убежден в обратном. Дайте мне их, и я сниму качественное кино. Просто не надо деньгами сорить. К сожалению, многие наши режиссеры не обладают опытом кинопроизводства с точки зрения оптимального использования средств, больше того, многих даже не волнует, как это можно сделать.
Владение нашей профессией, с моей точки зрения, включает в очень большой степени понимание процесса кинопроизводства, а не только творческие моменты – работа с актером, оператором. Кино – это производство, это технологии. В конечном итоге, это вопрос твоей личной ответственности за конечный результат. Ведь мы продолжаем жить по старой схеме, рассчитанной на богатых, в то время как сами давно уже нищие. По-прежнему процветает какая-то финансовая распущенность среди наших режиссеров.
Кстати сказать, бюджет первого моего 30-секундного рекламного ролика, который я снимал для американцев, составлял более 87 тысяч долларов. За эти деньги сейчас я могу снять полнометражный фильм.
У меня есть предложение – надо создать некоммерческую студию первого фильма, на которой в рамках стандартного бюджета, который Госкино выделяет обычно на производство одной полнометражной картины, снималось бы 3-4 работы. Я знаю, как это можно сделать.
Я считаю, что моя схема особенно нужна сейчас, когда у многих за спиной нет ни одной большой картины и впереди мало что светит. А моя схема позволяет за малые деньги снять кино. Скоро молодыми кинематографистами будут называться в 55 лет.
А еще было бы очень правильно возобновить практику стажерства, когда запускается некая дебютная малобюджетная картина и к молодому режиссеру прикрепляется старший товарищ. Чтобы я мог брать его за рукав и спрашивать: «Дяденька, как Вы думаете, правильно ли я мыслю?» Сейчас мы совершенно никак не связаны со старшим поколением мастеров. У них ведь огромный опыт, который невозможно передать на лекциях, только на площадке, непосредственно в самом процессе производства, когда кто-то тебе подскажет прием, какое-то неожиданное решение, которое ты никогда раньше не встречал или у тебя раньше не было возможности его воспринять.